Приговором Судебной коллегии по уголовным делам Гродненского областного суда от 28.05.2004 Мамедов Рамиз Рамизович признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.139 УК Республики Беларусь, в соответствии с которым ему назначено наказание в виде 24 лет и 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в ИК усиленного режима

Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Беларусь от 06.08.2004 постановленный приговор оставлен без изменения, а кассационные жалобы обвиняемого, его защитника и потерпевших – без удовлетворения.

В соответствии с данным приговором Мамедов Р.Р. признан виновным в том, что 14.09.2003 года, в период времени с 21 до 22 часов, находясь в квартире своей сестры – Орловой В.С. по адресу: г.Лида, ул.Железнодорожная, д.2, кв.6, во время ссоры, с целью умышленного лишения её жизни с особой жестокостью, нанёс ей ножом множество, не менее 100 ранений шеи, лица, туловища и верхних конечностей от которых Орлова В.С. скончалась на месте.

Неоднократные обращения осуждённого, его защитника и потерпевших по вопросу принесения протеста на предмет отмены состоявшихся по делу судебных постановлений в различные инстанции ни к какому положительному результату не привели.

Исследовав материалы уголовного дела по обвинению Мамедова Р.Р., его обращение в Международную Ассоциацию Защиты Прав Человека, в котором он указывает на обстоятельства своей невиновности, дополнительно представленные родственниками осуждённого Мамедова Р.Р. и потерпевшими материалы, проанализировав нормы Уголовного и Уголовно-процессуального кодексов, HRD полагает, что постановленные по делу судебные решения не соответствуют требованиям действующего законодательства Республики Беларусь и международно-правовым актам, ратифицированным Республикой Беларусь.

В соответствии со ст.10 Всеобщей декларации прав человека каждый человек, для определения его прав и обязанностей и для установления обоснованности предъявленного ему обвинения, имеет право на основе полного равенства, на то, чтобы его дело было рассмотрено гласно и с соблюдением всех требований справедливости независимым и беспристрастным судом.

В соответствии с ч.1 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах все лица равны перед судами и трибуналами. Каждый имеет право при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявленного ему, или при определении его прав и обязанностей в каком-либо гражданском процессе на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. В ч.2 этой же статьи Пакта указано, на то, что каждый обвиняемый в уголовном преступлении имеет право считаться невиновным, пока виновность его не будет доказана согласно закону. В части 5 Пакта этой же статьи говориться о том, что каждый, кто осуждён за какое-либо преступление, имеет право на то, чтобы его осуждение и приговор были пересмотрены вышестоящей инстанцией согласно закону.

В соответствии со ст.16 УПК Республики Беларусь лицо, обвиняемое в совершении преступления, считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном настоящим Кодексом порядке и не будет установлена вступившим в законную силу приговором суда.
Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Орган уголовного преследования, суд не вправе перелагать обязанность доказывания на обвиняемого.
Сомнения в обоснованности предъявленного обвинения толкуются в пользу обвиняемого. Приговор не может быть основан на предположениях.

В соответствии со ст.18 УПК Республики Беларусь орган уголовного преследования обязан принять все предусмотренные законом меры по всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств уголовного дела, собрать доказательства, как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, установить обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, защиты прав и законных интересов участвующих в уголовном деле лиц.
Суд, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечивает сторонам обвинения и защиты необходимые условия для реализации их прав. Решение о виновности либо невиновности обвиняемого суд выносит лишь на основе достоверных доказательств, подвергнутых всестороннему, полному и объективному исследованию и оценке.

В соответствии со ст.350 УПК Республики Беларусь приговор суда должен быть законным. Приговор признается законным, если он постановлен на основе закона и с соблюдением всех его требований.
Приговор суда должен быть обоснованным. Приговор признается обоснованным, если он постановлен на основании лишь тех представленных суду доказательств, которые всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании.
Приговор суда должен быть мотивированным. Приговор признается мотивированным, если в нем приведены доказательства, на которых основаны выводы суда и мотивы принятых им решений. Приговор суда должен быть справедливым. Приговор признается справедливым, если наказание, назначенное виновному, определено в соответствии со статьей Уголовного кодекса Республики Беларусь, предусматривающей ответственность за совершенное преступление, и с учетом его личности. Каждый невиновный подлежит оправданию.

В соответствии с ч.1 ст.356 УПК Республики Беларусь обвинительный приговор постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность обвиняемого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. Приговор не может быть основан на предположениях.

Допрошенный в судебном заседании в качестве обвиняемого Мамедов Р.Р. виновным себя в предъявленному ему обвинении не признал и показал, что к совершённому убийству Орловой В.С. не причастен. В день убийства, т.е. 14.09.2003 в г.Лиду не приезжал. Вместе с тем, он действительно совместно с Бояриным Г.Г., Гринцевич А.В. и Пивовар Е.А. ездили в г.Лиду, но не 14 сентября, а 7 сентября 2003 года с целью возврата долга от наглядно знакомого товарища, которому ранее продавал двигатель. Признательные показания в ходе предварительного расследования уголовного дела дал под психическим и физическим воздействием работников милиции.

Однако суд признал данные показания не подверг их должной проверке, признал их не соответствующими действительности и положил в основу приговора показания данные им в ходе предварительного следствия.

В соответствии с п.5 Постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 28.09.2001г. № 9 «О приговоре суда» показания обвиняемого являются одним из источников доказательств, а поэтому следует конкретно отразить отношение обвиняемого к предъявленному обвинению. ... В случае изменения обвиняемым в суде показаний, данных при досудебном производстве, следует выяснить причины их изменения и мотивировать в приговоре, на основании каких доказательств, исследованных в судебном заседании, одни показания обвиняемого признаются достоверными, а другие отвергаются.

Как видно из постановленного приговора суд не подверг никакому анализу показания обвиняемого Мамедова Р.Р., данные им в ходе судебного заседания.

Вместе с тем, показания обвиняемого Мамедова Р.Р. о применении к нему недозволенных методов ведения следствия подтвердили допрошенные в судебном заседании: потерпевшая Воронович Г.В., свидетели Мамедова Г.Л. (мать обвиняемого Мамедова Р.Р.) и Мамедова В.Г. (жена обвиняемого Мамедова Р.Р.).

Данные показания свидетелей достаточно убедительны и не были никем опровергнуты в судебном заседании.

Кроме того, якобы «признательные» показания Мамедова Р.Р. во многом не соответствуют действительности, что свидетельствует об их неискренности.

Также факт применения к обвиняемому Мамедову Р.Р. физического и психического насилия косвенно подтверждается и приобщёнными к материалам уголовного дела картами вызова скорой медицинской помощи в ИВС Лидского РОВД.

Так, Мамедов Р.Р. был задержан поздно вечером 19.12.2003 и водворён в ИВС Лидского РОВД после чего сразу же у Мамедова Р.Р. «резко испортилось» самочувствие и уже на следующий день к нему в ИВС трижды вызывалась бригада Скорой медицинской помощи.

Однако суд очень выборочно подошёл к оценке доказательств и дал оценку только лишь одной карте вызова Скорой медицинской помощи №48116, из которой усматривается, что Мамедов Р.Р. с целью избежать наказания порезал себе руку.
Во-первых, в данном случае имеет место лишь субъективная только точка зрения медработника, заполнявшего данную карту вызова Скорой медицинской помощи, и ни как не пояснения задержанного Мамедова Р.Р. о том, с какой целью он вскрыл себе вены на руке.
Во-вторых, как усматривается из данной карты вызова Скорой медицинской помощи, вызов датирован 18.12.2003, т.е. тем временем, когда Мамедов Р.Р. ещё не был задержан и находился дома. Вместе с тем, по номерам карт вызова «Скорой медицинской помощи» можно установить, что вызов реально имел место 20.12.2003 года. Данный факт может свидетельствовать о невнимательности и необъективности медработника, заполнявшего эту карту вызова Скорой медицинской помощи либо о том, что на него было оказано давление и он, находясь под давлением, занёс в карту вызова скорой медицинской помощи именно такие сведения.
В-третьих, трудно предположить, каким образом задержанный Мамедов Р.Р., находясь в окружении сотрудников милиции, имел «интимную» беседу с медработниками и смог им раскрыть свои «истинные» намерения.
При этом, необходимо учесть, что первые «признательные» показания
Мамедов Р.Р. даст только спустя 4 дня, т.е. 24.12.2003 года.

Далее из карт вызова скорой медицинской помощи усматривается, что после того как Мамедов Р.Р. дал 24.12.2003 «признательные» показания вызовы Скорой медицинской помощи прекратились (последний вызов Скорой медицинской помощи датирован 25.12.2003 в 1808).

Таким образом, не трудно понять, что после того, как сотрудники милиции добились от Мамедова Р.Р. «признательных» показаний интенсивность воздействия на Мамедова Р.Р. заметно снизилась и вызовы скорой медицинской помощи прекратились.

Также в обоснование вины Мамедова Р.Р. суд сослался на то, что в ходе предварительного следствия с ним проводились следственные действия – выходы на место происшествия где он добровольно рассказывал о фактических обстоятельствах совершённого им преступления, показал место на озере, где он выкинул одежду, в которой находился во время совершения преступления. Вместе с тем, суд, сославшись на данные следственные действия не принял во внимание и не дал ни какой правовой оценки показания обвиняемого Мамедова Р.Р., данным им в судебном заседании, где он подробно пояснил, что вынужден был давать такие показания, опасаясь продолжения издевательств над собой со стороны сотрудников Лидского РОВД и УВД Гродненского облисполкома.

Необходимо также отметить, что Мамедов Р.Р., находясь на озере, вблизи д.Велички, во время проверки его показаний на месте, лишь только протянул руку в ту сторону куда он якобы выкинул окровавленную одежду. Никаких иных пояснений Мамедов Р.Р. во время проведения данного следственного действия не давал, что свидетельствует о том, что он никоим образом не причастен к совершению данного преступления.

В материалах уголовного дела имеется протокол проверки показаний обвиняемого Мамедова Р.Р. на месте. Изначально Мамедов Р.Р. «добровольно» соглашается показать на месте совершения преступления то, как он убивал Орлову В.С., а затем, подойдя к дому потерпевшей Воронович Г.В., «резко отказывается» продолжать участвовать в проводимом следственном действии, ссылаясь на то, что ему психологически тяжело воспроизводить те события, находясь в моей квартире. Допрошенный в судебном заседании Мамедов Р.Р. пояснил, что поступил именно таким образом, т.к. ему сотрудники ОУР Лидского РОВД сказали, что он может там всё напутать и ему там не чего делать. Однако судом не дано никакой правовой оценки данным показаниям обвиняемого Мамедова Р.Р. Эти показания фактически остались не проверенными в судебном заседании.

Также при просмотре видеозаписи было установлено:
1. На видеозаписи того же следственного эксперимента, проведённого с участием обвиняемого Боярина Г.Г. 20.12.2003, на озере в близи д.Велички, последний, поясняет, что вещи Мамедов Р.Р. на берегу озера разбросал именно в день убийства Орловой В.С. В то время как во время допросов Боярин Г.Г. пояснял, что вещи Орловой В.С. были разбросаны Мамедовым Р.Р. только лишь 01.12.2003.
2. Далее на данной видеозаписи видно, как начальник ОУР Лидского РОВД Жолнерчик А.А. вырубает из-подо льда ботинок, якобы выброшенный Мамедовым Р.Р. Однако, очевидно, что этот ботинок не находился на поверхности льда. И не понятно, каким образом начальнику ОУР Жолнерчику А. удалось его обнаружить. При этом необходимо учесть то обстоятельство, что обвиняемый Боярин Г.Г. лишь указывал примерное направление, куда якобы Мамедов Р.Р. выбросил одежду и ботинок.
3. После изъятия ботинка, якобы принадлежащего Мамедову Р.Р., на видеозаписи слышно, как следователь Навроцкий В.В. говорит, что следственно-оперативной группой будет предъявлена изъятая одежда родственникам Мамедова Р.Р. Однако, по каким-то непонятным причинам, данная одежда никому, в том числе и родственникам Мамедова Р.Р. предъявлена не была. Они лишь были допрошены согласно описанию изъятой одежды.

Изъятую одежду потерпевшая Воронович Г.В. и родственники Мамедова Р.Р. смогли лишь увидеть только во время судебного заседания. Потерпевшая Воронович Г.В .и все остальные родственники Мамедова Р.Р. однозначно заявили, что такой одежды у него ранее никогда не видели и её у него никогда не было. Однако суд не принял этих показаний во внимание и положил в основу приговора ни чем не подтверждённые показания обвиняемого Боярина Г.Г., сочтя его показания в данной части правдивыми. При этом беспричинно и ничем не мотивированно отвергнув показания потерпевшей Воронович Г.В., свидетелей Мамедовой В.Г. и Мамедовой Г.Л. в данной части.

В ходе судебного заседания к материалам уголовного дела была приобщена справка метеостанции г.Лида (т.2 л.д.360) о погодных условиях в г.Лиде 14.09.2003, из которой усматривается, что в течение всего дня в г.Лиде была хорошая теплая погода. Тогда зачем Мамедову Р.Р. в теплую погоду надевать зимние ботинки?

Кроме того, в материалах уголовного дела по обвинению Мамедова Р.Р. имеется указание и.о. Лидского межрайпрокурора Чадюка А.В. (т.2 л.д.178), адресованное Начальнику Лидского РОВД Рыбаку И.Н., из которого указывается на необходимость отыскания и извлечения из озера д.Велички ножа, ключей и предметов одежды и обуви Мамедова Р.Р., которые он якобы выбросил с целью сокрытия следов преступления. Однако по не понятным причинам данное следственное действие проведено не было, хотя поручения надзирающего за следствием прокурора являются обязательными для исполнения органами милиции. Видимо, работники милиции знали, что в озере д.Велички нечего искать перечисленные выше предметы, а соответственно, не обнаружение указанных

предметов будет свидетельствовать о неискренности показания как обвиняемого Мамедова Р.Р., так и на тот момент свидетеля Боярина Г.Г. Именно по этому данное следственное действие и не было организовано.

В обоснование вины обвиняемого Мамедова Р.Р. суд сослался на показания обвиняемого Боярина Г.Г., свидетелей Гринцевича А.В., Пивовар Е.А. и
Кимана А.В.

Так, из показаний обвиняемого Боярина Г.Г. усматривается, что ему со слов Мамедова Р.Р. известно, что он причастен к убийству своей сестры Орловой В.С.

Вместе с тем, показания обвиняемого Боярина Г.Г., которые суд счёл правдивыми и положил в основу обвинительного приговора, содержат ряд существенных противоречий, свидетельствующих о неискренности и надуманности его показаний.

В ходе предварительного следствия Боярин Г.Г. пояснял (т.2 л.д. 81 – 83), что ему известно, что у Мамедова Р.Р. в г.Лиде живёт двоюродная сестра, на которую он зол, так как она отказывала ему в предоставлении, доставшейся после смерти её матери квартиры, для временного проживания. В судебном же заседании обвиняемый Боярин Г.Г. пояснил, что ему до 14.09.2003 не было ничего известно о том, что Мамедова Р.Р. есть двоюродная сестра.

Так, допрошенный в ходе предварительного следствия в качестве свидетеля
(т.2 л.д. 81 – 83), Боярин Г.Г. пояснял, что Мамедов Р.Р. после убийства
Орловой В.С. вернулся в автомобиль Гринцевича А.В. и показал ему окровавленный нож. Далее в протоколе допроса он приводит описание данного ножа: «Нож был небольшой, рукоятки я не видел». В судебном же заседании обвиняемый
Боярин Г.Г., отвечая на уточняющий вопрос пояснил, что нож был достаточно больших размеров около 20 сантиметров.

Далее, обвиняемый Боярин Г.Г. как в ходе предварительного следствия, так и при допросе в судебном заседании указывал, что после того, как приехали 14.09.2003 из г.Лиды в д.Минойты Мамедов Р.Р. приказал ему принести лопату и помочь закопать окровавленную одежду. Он, якобы, испугавшись Мамедова Р.Р., принёс и дал ему лопату. Затем Мамедов Р.Р. у него на участке сам начал закапывать свою одежду. И как пояснял Боярин Г.Г., он даже не присутствовал при закапывании
Мамедовым Р.Р. одежды. Аналогичные показания в этой части он дал и при допросе его в судебном заседании в качестве обвиняемого. Однако, после просмотра видеозаписей следственного эксперимента и проверки показаний обвиняемого Мамедова Р.Р. на месте, он изменил, свои показания в этой части, и стал указывать на то, что одежду он по указанию Мамедова Р.Р. закапывал сам. Данное существенное противоречие в показаниях обвиняемого Боярина Г.Г. осталось не исследованным в судебном заседании, ему не дано никакой правовой оценки в постановленном приговоре суда.

Суд в приговоре счёл данное обстоятельство не существенным и не влияющим на квалификацию содеянного Бояриным Г.Г. Однако, с такой позицией суда нельзя

согласиться поскольку, если предположить, что Боярин Г.Г. действительно по указанию Мамедова Р.Р. закапывал окровавленную одежду Мамедова Р.Р., то в таком случае в его действиях будет присутствовать состав более тяжкого преступления, предусмотренный ч.2 ст.405 УК Республики Беларусь, т.е. заранее не обещанное укрывательство орудий и средств особо тяжкого преступления.

На видеозаписи следственного эксперимента, проведенного с участием обвиняемого Боярина Г.Г. 20.12.2003, там, где Боярин Г.Г. указывает то место где им якобы была закопана одежда обвиняемого Мамедова Р.Р., чётко видно, что земля в том месте состоит из плодородного слоя (чёрного цвета) и песчаного грунта (жёлтого цвета). Если предположить, что в том месте действительно Боярином Г.Г. была выкопана яма размером 50 х 50 см., как указывал это в судебном заседании обвиняемый Боярин Г.Г., то было бы чётко видно, что земля перемешана. Однако при просмотре видеозаписи было очевидно, что целостность и однородность грунта в том месте, где копал Боярин Г.Г. во время следственного эксперимента, не нарушена. Грунт, как и положено, шёл однородными, неперемешанными слоями. На этом моменте в судебном заседании, после просмотра видеозаписи, было заострено внимание суда обвиняемым Мамедовым Р.Р. (см. п.12 замечаний на протокол судебного заседания, принесенных представителем потерпевшей Воронович Г.В., и удовлетворённых судом). Данный факт ярчайше свидетельствует о лживости показаний обвиняемого Боярина Г.Г. Данному существенному обстоятельству суд также не дал никакой правовой оценки.

Необходимо также отметить и тот факт, что согласно проведённой в ходе предварительного следствия судебно-биологической экспертизы следов крови на изъятой на озере д.Велички одежды, якобы принадлежащей Мамедову Р.Р., обнаружено не было. Из показаний допрошенного в судебном заседании судебно-медицинского эксперта Покало, производившего судебно-медицинскую экспертизу трупа Орловой В.С. по постановлению следователя усматривается, что при тех телесных повреждениях, которые были обнаружены у погибшей Орловой В.С. кровь должна была фонтанировать. Таким образом, нетрудно понять, что если бы Мамедов Р.Р. действительно был причастен к убийству, то на изъятой одежде были бы установлены следы крови, принадлежащие Орловой В.С. Практически при тех телесных повреждениях, которые имелись у Орловой В.С., убийца должен был выйти из квартиры весь в крови. Однако, никто из лиц, кто якобы видел
Мамедова Р.Р. в тот вечер (Гринцевич А.В., Пивовар Е.А. и Боярин Г.Г.) не видели на нём окровавленной одежды.

Из показаний свидетелей Гринцевич А.В. и Пивовар Е.А. усматривается, что они якобы 14.09.2003 возили Мамедова Р.Р. в г.Лиду и останавливались около Магазина №30 по ул.Железнодорожной. Мамедов Р.Р. вышел из автомашины, и пошёл в сторону большого моста. Минут через 7 он вернулся, в прежнем спокойном состоянии, затем они все вместе поехали к пожарной части, Мамедов Р.Р. и
Боярин Г.Г. вышли, минут через 10 вернулись обратно, после чего поехали обратно в д.Минойты.

Вместе с тем, оба данных свидетеля были допрошены 10.12.2003, где, давая практически такие же показания об обстоятельствах поездки, но при том они оба указывали дату 07.09.2003, т.е. за неделю до совершения убийства Орловой В.С. Фактически данными показаниями они подтверждали показания обвиняемого Мамедова Р.Р., данные им в ходе судебного заседания, о том, что они действительно так сказать в том же составе, ездили в г.Лиду, но 07.12.2003.

При этом необходимо учесть, что данные свидетели чётко давая показания, давали и привязку ко времени поездки. Так, свидетель Пивовар Е.А., давая такие показания, чётко помнила дату этой поездки (07.09.2003 года), при этом она связывала эту поездку с первыми выходными после своей выписки из больницы. Свидетель Гринцевич А.В. также хорошо помнил во время допроса 10.12.2003 то, что эта поездка состоялась именно в первые выходные сентября (07.09.2003 года), акцентируя на этом внимание при допросе. Однако, со слов этих свидетелей, они якобы встретившись и обсудив прочитанную ими в «Лидской газете» статью пришли к выводу о том, что они именно 14.09.2003 возили Мамедова Р.Р. в г.Лиду и с ними был также обвиняемый Боярин Г.Г. В судебном заседании указанные свидетели не смогли воспроизвести в своей памяти, что именно было опубликовано в «Лидской газете» и в связи с чем они пришли к выводу о том, что их поездка состоялась именно 14, а не 7 сентября 2003 года (см. п.4 замечаний на протокол судебного заседания, принесенных представителем потерпевшей Воронович Г.В.).

Однако из постановленного приговора не видно почему суд взял во внимание одни показания свидетелей, и отверг другие. Данный вывод суда ни чем не мотивирован в приговоре.

Кроме того, даже если и согласиться с показаниями Гринцевича А.В. и Пивовар Е.А. о том, что они именно 14.09.2003 возили Мамедова Р.Р. в г.Лиду, то из их показаний следует, что они остановили машину на парковке около Магазина №30 по ул.Железнодорожной. Мамедов Р.Р., с их слов, отсутствовал около 7 минут, так как в автомашине проиграли две песни и то не до конца. В судебном заседании достоверно установлено, что указанный магазин находится в 4 – 5 минутах ходьбы от моего дома, т.е. дома, где произошло убийство. Таким образом, у обвиняемого Мамедова Р.Р. на описанный им в «признательных» показаниях конфликт с
Орловой В.С. (на отрезание колбасы для приготовления бутерброда и последующее нанесение не менее 100 колото-резанных ранений), при этом, если предположить что Мамедов Р.Р. шёл к дому быстрым шагом, оставалось не более 1 – 2 минут. Очевидно, что за столь короткий промежуток времени успеть всё это просто не реально.

Также суд в качестве доказательства, подтверждающего, вину обвиняемого Мамедова Р.Р., сослался на показания, допрошенного в качестве свидетеля
Кимана А.В.

Допрошенный в судебном заседании данный свидетель долго не мог «вспомнить» своих показаний, которые он давал в ходе предварительного следствия, при этом пояснял, что об обстоятельствах убийства Орловой В.С. ему ничего не известно. Показания давал под принуждением работников милиции. Однако, после очередного вопроса государственного обвинителя свидетель пояснил, что те показания, которые он давал в ходе предварительного следствия о причастности Мамедова Р.Р. к совершению преступления он хоть и давал под принуждением работников милиции, но они в целом соответствуют действительности.

Из показаний, данных свидетелем Киманом А.В. в ходе предварительного следствия следует, что в конце сентября он с компанией на школьном дворе играл в покер. Спустя некоторое время к ним подошёл Мамедов Р.Р. и присоединился к их компании. Во время этой игры он якобы им рассказал, что 14.09.2003 убил свою двоюродную сестру. При этом он не пояснял, за что он её убил. Также со слов данного свидетеля Мамедов Р.Р. в конце августа начале сентября месяца во время совместного пикника в лесу предлагал ему, Боярину, Гритько А.А. и Гринцевичу совершить кражу в доме, где проживает потерпевшая Воронович Г.В..

Показания данного свидетеля необходимо рассматривать в совокупности с другими доказательствами, добытыми в ходе судебного заседания.

Из показаний свидетеля Кимана А.В. усматривается, что во время предложения, выдвинутого Мамедовым Р.Р. присутствовал в том числе и
Гритько А.А., который, будучи допрошенным в судебном заседании в качестве свидетеля, заявил, что о подобном разговоре Мамедова Р.Р. ему ни чего не известно. Данное существенное противоречие в показаниях допрошенных свидетелей судом не устранено. Причины данного противоречия не выяснены.

В судебном заседании давая показания в качестве потерпевшей Воронович Г.В. пояснила (см. п.17 замечаний на протокол судебного заседания, принесенных её представителем, удовлетворённых судом), что то, что накануне убийства в квартире имелась большая сумма денег предназначенная на приобретение памятника её умершей дочери она рассказывала только начальнику Уголовного розыска Лидского РОВД Жолнерчику А.А.. Обвиняемый Мамедов Р.Р. о её существовании знать не мог. В таком случае возникает закономерный вопрос так с чьих же слов свидетель Киман А.В. знает о якобы наличии в квартире потерпевшей Воронович Г.В. крупной суммы денег, не со слов ли начальника отдела уголовного розыска Лидского РОВД Жолнерчика А.А.?

В соответствии со ст.27 Конституции Республики Беларусь никто не должен принуждаться к даче показаний и объяснений против самого себя, членов своей семьи, близких родственников. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы.

В соответствии со ст.105 УПК Республики Беларусь каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в их совокупности – с точки зрения достаточности для окончания предварительного расследования и разрешения уголовного дела в судебном разбирательстве.
Относящимися к уголовному делу признаются доказательства, посредством которых устанавливаются обстоятельства, имеющие значение для данного дела. Не являются относящимися к делу доказательства, которые не способны устанавливать или опровергать подлежащие доказыванию обстоятельства.
Допустимыми признаются доказательства, полученные органом, ведущим уголовный процесс, в установленном Уголовно-процессуальным кодексом порядке и из предусмотренных законом источников.
Доказательство признается недопустимым, если оно получено с нарушениями конституционных прав и свобод гражданина или требований Уголовно-процессуального кодекса, связанными с лишением или ограничением прав участников уголовного процесса или нарушением иных правил уголовного процесса.
Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого обстоятельства, указанного в статье 89 Уголовно-процессуального кодекса.
Достоверными признаются доказательства, если они соответствуют действительности. В основу процессуальных решений, принимаемых органом уголовного преследования или судом, могут быть положены только достоверные доказательства.
Достаточными признаются доказательства, когда их совокупность позволяет установить обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу.

Во время допроса в судебном заседании свидетель Киман А.В. заявил, что показания о причастности Мамедова Р.Р. к убийству его сестры Орловой В.С. им даны после применения к нему насилия со стороны сотрудников милиции.

Суд счёл данные пояснения свидетеля не соответствующими действительности, ссылаясь при этом на то, что данный свидетель был допрошен и.о. Лидского межрайпрокурора Чадюком А.В., однако свидетель Киман А.В. заявил о добровольности и правдивости данных им показаний. Вместе с тем, из показаний данного свидетеля, данных им в судебном заседании усматривается, что перед тем как быть допрошенным и.о. прокурора с ним «работали» сотрудники ОУР Лидского РОВД и он, естественно, прекрасно осознавал, чем ему чреват отказ от «заданных» показаний. Поэтому он вынужден был давать те показания, которые он давал ранее.

Кроме того, обвиняемый Мамедов Р.Р. в судебном заседании пояснил, что во время этапирования в ИВС Лидского РОВД он в одной из камер помещался вместе с данным свидетелем – это было в марте 2004 года. В ходе разговора Киман А.В. на вопрос Мамедова Р.Р. о причине, по которой он его оговорил в ходе предварительного следствия ему пояснил, что после того как к нему было применено со стороны работников уголовного розыска Лидского РОВД физическое и психологическое воздействие ему предложили своеобразную «сделку» по которой он даёт уличающие Мамедова Р.Р. в убийстве Орловой В.С. показания, а взамен получает минимальный срок за кражу и наркотики.

Анализ приговоров, постановленных судом Лидского района и г.Лида 10.02.2004 и 24.03.2004 года, вынесенных в отношении Кимана А.В., позволяют придти к выводу о том, имевшие место достаточно мягкие приговоры суда Лидского района и г.Лиды (приговор от 10.02.2004 года – ст.328 ч.1 УК Республики Беларусь – 1 год ограничения свободы и приговор от 24.03.2004 года – ст.205 ч.2УК Республики Беларусь – 2 года и 6 месяцев ограничения свободы) обусловлены именно наличием «сделки», описанной Мамедовым Р.Р. в судебном заседании.

По уголовному делу совместно с обвиняемым Киманом А.В. (приговор от 24.03.2004) также осуждены Боярин Г.Г. и Гринцевич А.В., которые также осуждены к минимальным мерам наказания, за совершение совместно с
Киманом А.В. ряда краж.

Возможно, наличием аналогичной сделки со свидетелем Гринцевичем А.В. и обвиняемым Бояриным Г.Г. обусловлены их «признательные» показания.

В качестве одного из доказательств вины обвиняемого Мамедова Р.Р., на которые сослался в своем приговоре суд – это показания свидетеля Мацкевича В.С., который, будучи допрошенным в судебном заседании, пояснил, что действительно вечером 14.09.2003 к нему домой заходил Мамедов Р.Р. и куда-то звонил. Куда он не знает.

По версии обвинения, изложенной в приговоре, Мамедов Р.Р. звонил потерпевшей Орловой В.С. и сообщил ей о своём скором приезде. Однако, при исследовании имеющейся в материалах уголовного дела табуляграммы абонентского номера, установленного в квартире Мацкевича В.С., с его телефона в течение дня 14.09.2003 были осуществлены звонки лишь в пределах д.Минойты. Звонка на квартиру потерпевшей в тот день не было, что подтверждается также ответом Лидского РУЭС (т.2 л.д.361), приобщённого к материалам уголовного дела ходатайству защитника обвиняемого Мамедова Р.Р. – адвоката Перожок Р.К.

Таким образом, показания данного свидетеля опровергаются имеющейся в материалах уголовного дела табуляграммой и ответом Лидского РУЭС, что свидетельствует о надуманности версии обвинения.

В судебном заседании были допрошены в качестве свидетелей супруги Тарасевичи, из показаний которых усматривается, что 14.09.2003 где-то в 2115 – 2120 свидетель Тарасевич А.Э. ремонтировал часы на кухне и ему было слышно, что сверху кто-то ходит, по его мнению, было около трёх человек, что-то передвигали. Утверждал, что, помимо всего прочего, отчётливо слышал незнакомый женский голос, похожий на детский, а также разговор двух женщин. Его показания в полном объёме подтвердила его супруга Тарасевич В.В.

Косвенно показания правдивость показаний данных свидетелей подтверждается и заключением судебно-медицинской экспертизы (т.1 л.д. 88 – 92), согласно которому при исследовании подногтевого содержимого погибшей Орловой В.С. установлено, что там имеется кровь человека, происходящая от лица женского генетического типа. Совершенно очевидно, что кровь обвиняемого Мамедова Р.Р. к таковой относиться не может.

Допрошенные в судебном заседании свидетели, которые видели Мамедова Р.Р. в первые дни после произошедшего убийства, все поясняли, что ни в день убийства Орловой В.С., ни на следующий день они не наблюдали на открытых частях тела Мамедова Р.Р. каких-либо телесных повреждений. Очевидно, что когда убийца нападал на погибшую Орлову В.С., последняя, сопротивляясь, нанесла бы какие-либо царапины на открытых частях тела. Данное обстоятельство также бесспорно свидетельствует о непричастности Мамедова Р.Р. к убийству Орловой В.С.

Практически сразу после совершённого убийства Мамедов Р.Р. был проверен на причастность к данному преступлению при помощи аппарата «Полиграф». Согласно справке о результатах использования «Полиграфа» (т.1 л.д.254 – 255) установлено, что Мамедов Р.Р. не причастен к факту совершения убийства Орловой В.С. и не располагает интересующей информацией по данному уголовному делу. Общеизвестно, что людей специально обучают сдерживать свои эмоции с целью ввести в заблуждение «Полиграф». Явно, что Мамедов Р.Р. такими познаниями не обладает, следовательно, он был не в состоянии ввести в заблуждение «Полиграф».

Однако данным существенным обстоятельствам, влияющим на доказанность обвинения, суд в приговоре не дал абсолютно никакой правовой оценки. Более того, показания свидетелей супругов Тарасевичей, Стрелковского А.А., Гритько А.А. вообще не нашли своего отражения в постановленном приговоре, что свидетельствует об односторонности проведённого судебного следствия.

В соответствии с п.4 Постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 28.09.2001 №9 «О приговоре суда» в приговоре суд дает оценку доказательствам с учетом требований ст.105 УПК об их относимости, допустимости и достоверности, а всем собранным доказательствам в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения дела. Принятие одних и признание недостоверными других доказательств должно быть мотивировано судом. При таких обстоятельствах, очевидно, что приговор суда не соответствует требованиям УПК Республики Беларусь и нормам вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда.

В судебном заседании была достоверно установлена фальсификация материалов уголовного дела по обвинению Мамедова Р.Р.

Так, в качестве одного из доказательств стороной гособвинения были предложены показания некоего свидетеля Кукушкина В.С., который, якобы будучи допрошенным в ходе предварительного следствия, показал: « … В д.Минойты Лидского района у меня есть знакомая девушка по имени Светлана, фамилии её я не знаю. Недели две назад я встретил Светлану в Лиде. Мы разговорились, вспомнили, что в сентябре 2003 года в г.Лида была убита девочка. Я её не знал. Света мне сказала, что знает человека, который её убил, что убил её двоюродный брат Мамедов Рамиз, с которым она наглядно знакома, он житель д.Минойты. Убил её из-за квартиры, оставшейся ей от покойной матери. Сам я Мамедова Р. не знаю. Откуда Светлана получила такую информацию мне не известно. Она также мне говорила, что Мамедов Р. специально ездил 14.09.2003 вечером к своей сестре и там у неё дома убил её, вроде ножом. Больше мне ни чего не известно. Как найти Светлану я не знаю.» (т.2 л.д.73 – 74). Данный допрос был якобы произведён следователем Лидской межрайпрокуратуры Навроцким В.В. 19.12.2003 года. Однако, из справки, полученной из Берёзовского ЖЭС Лидского района усматривается, что в доме 27 по улице Ленина в г.п.Берёзовка числится всего лишь 12 квартир. Следовательно, квартиры 112 в этом доме быть не может.

С целью убедиться в наличии либо отсутствии данного свидетеля Международной Ассоциацией Защиты Прав Человека, было направлено обращение на имя начальника Лидского РОВД с просьбой составить и выслать им административную характеристику на Кукушкина В.С. Из материала проверки, присланного начальником Берёзовского ГОМ Лидского РОВД Будейко В.А., усматривается, гражданин Кукушкин В.С. в г.п.Берёзовка не проживает и по данным паспортного стола не значится. Данное обстоятельство подтверждается рапортом младшего участкового инспектора БГОМ Лидского РОВД Ивутя О.Я. и справкой Берёзовского ЖЭС №1.

Таким образом, установлено, что так называемый свидетель Кукушкин В.С. реально не существует. В этих действиях следователя Навроцкого В.В. усматривается состав преступления, предусмотренный ч.2 ст.395 УК Республики Беларусь, т.е. фальсификация доказательств по уголовному делу следователем. В связи с чем потерпевшей Воронович Г.В. было подано в адрес Генерального прокурора Республики Беларусь заявление о возбуждении уголовного дела в отношении следователя Навроцкого В.В. Однако, в нарушение всех мыслимых и немыслимых норм УПК Республики Беларусь, проверка по данному заявлению была поручена Лидскому межрайпрокурору, который, естественно, не усмотрел нарушений со стороны следователя своей же прокуратуры Навроцкого В.В. нарушений, допущенных при допросе данного свидетеля. Не усмотрели в этой явной фальсификации материалов уголовного дела и сотрудники Прокуратуры Гродненской области, рассматривавшие жалобы потерпевшей Воронович Г.В. на отказ в возбуждении уголовного дела в отношении следователя Навроцкого В.В., при этом не замечая даже того, что в нарушение ст.174 УПК Республики Беларусь Лидским межрайпрокурором даже не вынесено формального Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Обосновывая принятие такого решения сотрудники прокуратуры Гродненской области сослались на то, что поскольку очевидно, что в действиях Навроцкого В.В. отсутствует состав преступления, то и выносить Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела вовсе не обязательно. Вместе с тем, Закон (ч.1 ст.174 УПК РБ) не ставит в зависимость от очевидности состава преступления вынесение либо не вынесение соответствующего Постановления.

Не отреагировала на допущенные судом первой инстанции нарушения и судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Беларусь, рассматривающая данное уголовное дело по кассационным жалобам обвиняемого Мамедова Р.Р., его защитника – адвоката Перожок Р.К. и потерпевших
Воронович Г.В. и Орлова С.М., оставившая 06.08.2004 постановленный приговор без изменения, а кассационные жалобы – без удовлетворения.

Поэтому обстоятельствах состоявшиеся судебные постановления нельзя считать законными и обоснованными.

При таких обстоятельствах Международная Ассоциация Защиты Прав Человека полагает, что нельзя признать приговор, вынесенный в отношении Мамедова Рамиза Рамизовича, законным и обоснованным.

Andrei Dzemidovich, Jurist

AUTHENTICATION: R 187/07-11
DATE: 19.07.2005